Вы здесь
РЭЙ БРЭДБЕРИ «ВИНО ИЗ ОДУВАНЧИКОВ» Культура 

РЭЙ БРЭДБЕРИ «ВИНО ИЗ ОДУВАНЧИКОВ»

«И тогда из погреба возникнет, точно богиня лета, бабушка, пряча что-то под вязаной шалью; она принесет это “что-то” в комнату каждого болящего и разольет – душистое, прозрачное – в прозрачные стаканы, и стаканы эти осушат одним глотком».


Вы себе не представляете, как долго и, уже спустя рукава, я искал произведение такого типа. Хотя называть это творение «произведением такого типа» будет как минимум невежественно.

Это не просто книга, это распахнутое окно в детство. Это летний колодец, на дне которого, если напрячь тогда еще зоркое и неиспорченное компьютером зрение, можно разглядеть гримасничающего и беззубого мальчонку с короткой стрижкой.

Летний колодец этот выкопан Брэдбери безо всякого рода фантастики, наперекор популярным чертам, присущим его творчеству.

Колодец, хоть и расположенный в вымышленном городке Грин Таун штата Иллинойс 1928 года, всё же обнесён образами родного Уокигана, где родился Рэй. Видимо, тяготу к автобиографичности никак не отнять ни у одного писателя.

Брэдбери, имеющий склонность к ностальгии, попытался и нас преклонить пред ней, заставляя вырисовываться в сознании читателей эпизоды их детских лет, глупостей и открытий. Но «глупости» эти завернуты в довольно-таки обманчивую обертку: мною был замечен прием, уже используемый Сэлинджером в романе «Над пропастью во ржи», когда устами юных дарований автор выносит на суд весьма и весьма глубокие вещи, парадоксальные для мира «просроченных» детей, то есть для взрослого поколения.

Обратившись к своему излюбленному методу превращения цикла рассказов в роман, Рэй Брэдбери рисует солнечную историю, в центре сюжета которой двенадцатилетний Дуглас Сполдинг и его десятилетний брат Том. В лице Дугласа можно угадать самого Рэя, познающего свои очередные трехмесячные школьные каникулы. Дуглас – это второе имя отца Брэдбери, а Сполдинг – девичья фамилия его бабушки по отцу.

Дедушка главного персонажа каждое лето готовит вино из одуванчиков, после заливая его в пустые бутылки из-под кетчупа. Он со свойственной старикам ноткой философии размышляет о том, что это вино должно хранить в себе текущее время, те события, которые произошли, когда вино было сделано. «Вино из одуванчиков – пойманное и закупоренное в бутылке лето». Вино из одуванчиков – это вовсе не выдумка Брэдбери, а реальный и очень популярный в Англии слабоалкогольный напиток из цветков одуванчика, лимонов и пряных трав.

Предательски, словно в противопоставление лучезарно описанному в романе сезону, выход книги из редакции совпал со сложным периодом в жизни писателя. В 1957-м году Брэдбери пригласили работать над фильмом. Прежде чем уехать в Европу, писатель успел передать предварительный экземпляр книги своему отцу. Так он обычно поступал со всеми своими книгами: семья Брэдбери получала их раньше публики. В этот раз случай был особый: в книге шло повествование о родном городе Леонарда Брэдбери, отца Рэя Брэдбери. Отцу текст понравился. Книга вышла в свет в сентябре 1957-го года. Тогда же Леонард Брэдбери был госпитализирован. Примерно в это же время жена писателя, Маргарет, второй раз попросила Рэя о разводе. Неунывающая натура писателя заставляла его бороться за счастье: сперва он занялся отцом. Он перевёз его из общей палаты в отдельную и стал его активно навещать, выказывая поздно проснувшуюся любовь: отношения между суровым «синим воротничком» и мечтательным подростком никогда не складывались. В какое-то из посещений отец передал сыну карманные часы своего отца Самуэля Хинкстона Брэдбери. Рэй на протяжении двух недель каждый день посещал отца, однако Леонард Брэдбери умер 10 октября 1957-го. Отношения с женой удалось сохранить: она осталась.

Подведём черту.

Страницы романа ослепят вас багрово-красным, золотисто-огненным, лимонно-желтым или темно-малиновым солнцем – любым, какое только может перенести тебя в воспоминания детства. Фонтан художественных средств выразительности – в этом весь Брэдбери.  Рэй преподносит читателю на блюдце детских мыслей весьма зрелые плоды воображения. Этот прием, уже известный нам по роману Сэлинджера «Над пропастью во ржи», отныне можно обозначать поговоркой библейского происхождения: «Устами младенца глаголет истина». Да, «устами младенца глаголет истина», но эта истина далеко не всегда вызывала понимающую улыбку. В одной из глав она оказалось ядовитой, и возраст ее озвучивающих персонажей не был оправданием для меня.

«Лекарство иных времен, бальзам из солнечных лучей и праздного августовского полудня, едва слышный стук колес тележки с мороженым, что катится по мощеным улицам, шорох серебристого фейерверка, что рассыпается высоко в небе, и шелест срезанной травы, фонтаном бьющей из-под косилки, что движется по лугам, по муравьиному царству, — все это, все — в одном стакане!»

Евгений КУЛИШОВ


Фото: Александра ПОРУНОВА

Похожие записи